Корейский кризис 2017 года: первый признак «безумца»
Осенью 2017 года бывший торговый представитель США Роберт Лайтхайзер пожаловался тогдашнему президенту Дональду Трампу на то, что южнокорейские переговорщики не идут на уступки. Ответ Трампа был коротким и ясным: «Скажи, что сумасшедший в Белом доме готов в любой момент разорвать сделку». Этот случай, о котором сообщил Axios, заложил основу переговорной стратегии Трампа.
Наследие «безумца» Никсона
Теория «безумца» возникла в 1969 году при президенте Ричарде Никсоне во время войны во Вьетнаме. Когда переговоры с Северным Вьетнамом в Париже зашли в тупик, команда Никсона неофициально передала Советскому Союзу сигнал, что президент в гневе непредсказуем и может применить ядерное оружие. Более того, в октябре 1969 года бомбардировщики B-52 с ядерным оружием на борту пролетели вблизи советского воздушного пространства, имитируя радиолокационную угрозу. Эта стратегия, описанная в мемуарах главы администрации Никсона Боба Холдемана, основывалась на устрашении противника неопределённостью.
Отличие Трампа: в игру вступает «Искусство сделки»
Трамп же соединил тактику Никсона с инстинктами торговца недвижимостью, описанными в его книге «Искусство сделки», опубликованной в 1987 году. В книге он пишет, что «играет на мечтах людей», восхищается «тем, что кажется большим, самым большим и самым впечатляющим», и считает «невинное преувеличение» законным маркетинговым инструментом. В переговорах он подчёркивает, что худшее — это показать свою заинтересованность, а сила заключается в обладании козырями, без которых противник не может обойтись.
Усадить НАТО за стол переговоров, угрожать Мексике
Трамп применил этот подход в глобальном масштабе во время своего президентства. В первый срок он требовал от союзников по НАТО увеличения расходов на оборону, прямо угрожая выходом из альянса. В 2019 году он пригрозил Мексике жёсткими тарифами в связи с миграцией, вынудив её за несколько дней отправить на границу десятки тысяч военных. В обоих случаях он добился уступок, создав хаос и неопределённость.
Решение по Сулеймани: соблазн самого крайнего варианта
Рефлекс «безумца» у Трампа проявился наиболее отчётливо в решении убить иранского генерала Касема Сулеймани в январе 2020 года. Пентагон, предлагая варианты ответа на гибель американца в Ираке, включил в список самый крайний вариант — ликвидацию Сулеймани — чтобы остальные выглядели более приемлемыми. Однако Трамп, вопреки ожиданиям генералов, выбрал именно его. По данным New York Times, это было призвано послать сигнал о «президенте, не связанном красными линиями».
Контроль над государством с помощью «Schedule F»
Столкнувшись в первый срок с сопротивлением бюрократии, во второй срок Трамп нацелился на полный контроль над федеральным правительством с помощью плана «Schedule F». Этот план, упрощающий увольнение тысяч высокопоставленных чиновников, открывает путь к ещё большей непредсказуемости за столом переговоров.
От Атлантики до Тихого океана: новый враг — Китай
Главный соперник для Трампа — Китай. По его мнению, НАТО — это потеря ресурсов ради европейских «нахлебников», а Китай — огромная фабрика, отнимающая работу у американского рабочего класса. Против Китая он предпочитает не многосторонние альянсы, а прямую лобовую конфронтацию. Полуночными твитами он восхваляет председателя КНР, а утром поднимает тарифные барьеры, дестабилизируя цепочки поставок. Эта тактика «вооружённой неопределённости» превращает обстановку в минное поле для инвесторов.
Иранская война: послание обоим берегам
Военные шаги Трампа в отношении Ирана также преследуют двойную цель. С одной стороны, напряжённостью в Ормузском проливе он говорит Европе: «Либо платите по счетам НАТО, либо справляйтесь сами», а с другой — напоминает Китаю и Индии, получающим нефть из Ирана, об их энергозависимости. Он действует как торговец, который разжигает пожар, а затем продаёт огнетушитель втридорога.